Настоящая Украина. Один день из жизни глухого карпатского села


Какая она, настоящая Украина? По мнению Александра Беленького, глухое карпатском селе — и есть та самая Украины, которую должен увидеть каждый. Вместе с отцом Иваном он познакомился с местными семьями, изучил их быт и узнал, чем живут жители далеких от политики сел.

Зимой я ездил по Западной Украине и не рассказал о самом главном. Иногда нужно время, чтобы все осмыслить.

Я провел день в глухом карпатском селе. Вместе с местным священником, отцом Иваном, мы ходили по домам и общались с жителями.

И знаете, это и есть настоящая Украина, а не то, что вам показывают по телевизору.

Собираясь в путешествие по Карпатам, мне очень хотелось рассказать о карпатских жителей. Гуцулы народ интересный. Стал искать знакомых знакомых, кто может помочь с контактами в гуцульской глубинке.

3043090

И вот я в селе Криворивня. Более сказочного названия для репортажа о волшебных Карпаты и не придумаешь. Название происходит от кривой, извилистой в этих местах реки, и равной долины, укрывшейся между гор. Меня согласился принять сельский священник, отец Иван. Встречу назначили на раннее утро, и в восемь утра я уже стучал в двери храма.

Мне нравятся сельские церкви, а гуцульская понравилась особенно: вместо пафосного золота, здесь очень много вышивки.

Каждую икону обрамляет вышитый рушник, многим более ста лет.

Знакомьтесь — отец Иван, герой моего рассказа. У меня скромный опыт общения со священниками, и признаюсь, были определенные стереотипы. За день вместе мы оба «раскрылись» друг перед другом. Но не буду забегать вперед.

Иконы в Карпатах тоже вышивают. Иногда даже бисером.

И необычные для русского православного храма скульптуры. Иисус с украинским флагом — оригинально.

Мы отправились в путешествие по Криворивне. Не по дорогам, через задние дворы. Нам нужно посетить много домов, а так ближе.

В первом доме нас ждали. Вся семья собралась на завтрак с батюшкой. Он провел ритуал, освятил комнаты, и семейство тоже окропил святой водой.

На старинной кафельной печи до сих пор готовят!

Люди в Карпатах очень набожны. Ходят в храм, знают молитвы, держат дома иконы. Крестики в дверном проеме — как талон «техосмотра», отмечают каждое освящение дома. При этом по ним можно определить, сколько лет назад делали ремонт.

Священник — как Дед Мороз: все его ждут, и в каждом доме угощают. На первый завтрак — пельмени.

Перед едой помолились.

В Криворивне много детей и стариков, а вот молодежь почти не встретить, едут в большие города. Об этом пожаловалась хозяйка.

«Дети поехали — внуки вернутся» — упокоил батюшка.

Мобильный телефон священника разрывается от звонков и смс-ок. Звонят соседи, спрашивают о исповеди. Звонят из городов, хотят приехать в гости. Написала девушка из Москвы, которая отдыхала в Карпатах раньше. Попросила молиться за нее.

Пока батюшка общается с хозяевами, обходит комнаты с крестом, я изучаю карпатский быт.

Скромный интерьер постсоветской реальности. В углу такая же, как в прошлом доме, большая и теплая печка. Ковра на стене нет, он лежит покрывалом.

Гуцульская бабушка вышивает полотенце.

Туалеты здесь ставят внутри дома, а не в сарае снаружи. Еще душевая кабинка, бойлер .. все это в деревенском доме сельского бабушки. И нигде в этом селе я не видел туалета типа «сортир». Не принято.

Отец Иван бодро прыгает по камням, пересекая горную реку. Для него это родная стихия. Половину своей жизни он провел в горах, водил пешие походы и побывал на всех вершинах Советского Союза. На вершине Памира, как рассказывает сам батюшка, он понял, что хочет еще выше. Иоанн пришел к Богу. А священником стал, вдохновленный Александром Менем, который показал, что можно быть не только монахом «не от мира сего», а жить полной жизнью, путешествовать, играть на гитаре, и религия может быть не скучной.

Здесь украшают колодцы до сих пор ездят на старых машинах. Такая же красная «копейка» была моим первым автомобилем.

Мы обходим почти все дома в деревне. Там, где закрыты, отец Иван святить дом снаружи, обходит его по кругу, а затем оставляет иконку-календарь, как знак, что он заглядывал.

Простые и открытие люди, с очень добрыми глазами.

Я не заметил и тени негатива по отношению к себе, когда люди узнавали, что я приехал из России. Наоборот — добро пожаловать, садитесь пообедать. Я пропускаю эти фотографии, но нас кормили почти в каждом доме, или пытались накормить.

И не только накормить, кстати. После пятой дома я немного захмелел, и на душе стало совсем легко.

Об этой семье остались самые теплые воспоминания.

В доме снова ждал накрытый стол, и никакие отговорки, что уже пять раз поели, не принимались. Сидели, разговаривали о жизни. Ну как там Москва, спрашивают?

Здесь же, в карпатских селах, дела хорошо. Погреба готовы к новому урожаю.

Коровы дают молоко и потомство. Спокойная деревенская жизнь. Никакой вражды, ненависти или зависти. Все по порядку.

Людям нужно больше путешествовать. Выбираться в другие города и страны, причем ни к родственникам или на отдых. Новые знакомства — самое ценное, что я узнаю в поездках. Простые Украинцы из карпатских сел очень далеки от политики, и рады гостям, откуда бы они не приехали.

На этом день с отцом Иваном не закончилась. Мы отправились в горы, пешком за несколько километров, чтобы посетить отдаленные хутора и села, где нет ни дорог, ни электричества. Об этом я расскажу в следующем репортаже.



Источник