Марокканские сказки. Пустыня Сахара. Эрг Лихоуди


Сахара была моей мечтой. Без малого пять лет я рвался реализовать шикарнейший экспедиционный маршрут по ее египетской части, но каждый раз приходилось отказываться от своих планов — то там военные перевороты происходили, то теракты, то мне подворачивались интересные билеты в не менее интересные места. Также все это время меня смущал тот факт, что Египет — чуть ли не о том, а по настоящему Сахарой ​​нужно ехать в Алжир. Или в Ливию. Или в Мали. Или в Нигер. Но там тоже в последние годы то не слишком спокойно, особенно в разрезе организации авантюрных экспедиций по бескрайним пескам, поэтому я даже иллюзий не имел о том, чтобы в ближайшие месяцы туда собраться.

Но Сахара с каждым годом манила меня все сильнее и сильнее. И когда зуд в одном месте достиг пугают масштабы, я подумал — пока?! И решил — пора! А тут еще Димон неожиданно проявился с просьбой придумать, куда бы ему рвануть в отпуск. Вырисовывался единственный вариант совместить приятное с полезным, где можно было бы и на елку влезть, и никакие части своего тела при этом не ободрать, — Марокко. Так одним теплым осенним вечером у нас организовалась экспедиция, главным бриллиантом в короне которой должно было стать посещение африканской пустыни. Через шесть недель мы оказались на окраине Сахары. Мечта сбылась.

Сахара — крупнейшая пустыня на Земле. Она занимает около 30% территории Африки и с каждым годом растет на юг на 5-10 километров.

Бытует ошибочное мнение, что Сахара — это одни пески. На самом деле большая ее часть — каменистая, а пески занимают не более четверти от ее территории. Песчаные участки Сахары называются эргами. Слово это — арабского происхождения, оно так и переводится — «песчаное море».

На территории Марокко находится лишь небольшая северо-западная окраина Сахары, так сказать, Сахары провинция, но найти несколько эргов можно и здесь. Добраться до них можно из двух мест — оазиса Мхамид, что на реке Драа, и села Мерзуга. Последняя — место сугубо туристическое. Своей популярностью она обязана своему расположению прямо на окраине одного из сахарских эргов — Шебби, сходить «за дюну» там можно буквально пешком. Днем там — как на Невском в выходной, яблоку негде упасть. Поэтому если вы хотите увидеть нетронутые дюны — то вам явно не в Мерзуг: эрг Шебби вдоль и поперек расчерченное следам людей, верблюдов, джипов и квадроциклов. Найти хотя бы небольшой кусочек чистого ними песка здесь практически невозможно.

Мхамид — полная противоположность Мерзуг. Это — самые задворки Марокко, последний оплот цивилизации на краю безлюдной пустыне. В окрестностях оазиса находится сразу несколько эргов. Самый большой и самый красивый из них — Шигага — находится примерно в 40 километрах от Мхамида, достичь его можно либо на джипе или на квадроцикле или на верблюде. Место это еще только открывается для путешественников, поэтому пока сюда мало кто добирается, хотя туристических контор, готовых занедорого познакомить вас с этой пустыней, здесь — хоть отбавляй. В Мхамид мы попали благодаря приглашению, наверное, лучшей из них — Caravane de Reve. Владелец компании — Али — лично в течение двух дней и двух ночей показывал нам пустыню со всех сторон и без умолку рассказывал о жизни народов ее населяющих.

К тому времени, как мы добрались до Мхамида, стемнело. Али встретил нас в своем офисе в центре оазиса. Там мы оставили свою машину, загрузились в новеньких Тойоту, и поехали в ближайший к Мхамиду эрг — Лихоуди. Оставив позади гостеприимные огне оазиса мы погрузились в темноту сахарской ночи. Она была настолько густой, что, казалось, обволакивала нас, словно пар в хорошей бане, — через нее даже свет фар не пробивался.

После долгой дороги к Мхамида наши с Димоном физиономии были настолько уставшими и мрачными, что Али решил немного поднять нам настроение: только мы добрались до песков, он погасил все огни и повел машину на ощупь. Вы ездили когда-нибудь ночью по пустыне без фар? Сказать, что это круто — ничего не сказать. По уровню эмоций сравниться с этим могут только гонки на ооновских джипе по взлетно-посадочной полосе заброшенного аэропорта в буферной зоне на Кипре и ночные покатушки по коньяком на старом Востоке с неработающей фарой в Борисовой Гриве.

Через минут тридцать мы приехали в лагерь, расположенный в самом сердце эрга Лихоуди. Это — такой лайтов вариант погружения в пустыню для тех, кто хочет переночевать в Сахаре, но при этом не желает убираться в какие-то тьмутараканские дебри. Лагерь состоит из большой палатки, в котором гости собираются на трапезу, нескольких палаток поменьше, в которых можно переночевать, а так же каменного санитарного блока, в котором расположены туалеты и души. Есть даже стабильная мобильная связь и электричество от солнечных батарей. В-общем, цивилизация.

Все дни, пока мы были в пустыне, нас кормили как на убой. На ужин подавали сначала традиционный для этих мест очень вкусный суп.

После него — не менее вкусный таджин.

Заключительная трапеза свежими фруктами и чаем с пряностями.

Али, владелец компании, — представитель сахарави, одной из четырех народностей, населяющих марокканскую часть Сахары. Его дед был «Сахарский принцем», владевшая несколькими тысячами верблюдов, а отец — старейшиной Мхамида. В 1993 году он погиб в одном из локальных вооруженных конфликтов.

Как сувенир из России я привез Али набор матрешек, которому он радовался как ребенок.

Когда ужин закончился, начался традиционный для кочевников пустыни музыкальная программа. Испокон веков жители Сахары собирались по вечерам в своих палатках и пели песни о своей жизни. то похоже я уже видел в лагере бедуинов в Иордании.

Кочевые песни — очень мелодичные, простые и незамысловатые, так же как и сама пустыня. Я уже то писал об этом, но повторюсь: они неторопливы и тоскливые, одни мотивы плавно переходят в другие, и кажется что эта музыка — бесконечная, так же как бесконечные окружающие лагерь пески пустыни. У них не было в прошлом. У них не будет будущего. Они — вечные.

https://youtu.be/-08ZRysqcDs

После ужина все пошли спать, а мы отправились гулять по дюнам. Сразу за шатрами нас ждала непробиваемая темнота. Это — очень странное ощущение: отходишь от лагеря буквально за пару барханов, а его свет уже не видно, хотя к нему всего-то метров двести. Так и заблудиться недолго.

Самое удивительное в ночной пустыне — звездное небо. Я никогда не видел столько звезд ни до ни после.

Еще несколько лет назад мы с друзьями подарили Димону на день рождения телескоп. С тех пор он превратился в заядлого астронома, поэтому каждую ночь, сидя на вершине бархана, он развлекал меня рассказами о различных далекие созвездия.

Пришло утро.

Когда мы проснулись, пустыня была окутана предрассветными сумерками.

Издалека, через густую синеву, на нас смотрел хребет Джебель-Бене. Там проходит граница Сахары.

Лучшее время в пустыне — на востоке и на западе. Днем — слишком жарко, а висит в зените солнце делает песчаное море однообразным и невыразительным. Ночью — вообще холодно, и не видно ни черта. А вот в начале и в конце дня дюны находят рельеф — видно каждую их складочку. И не жарко. И не холодно.

Горизонт накаляется до предела, что где там произошел атомный взрыв, после чего выплевывает светило на небосвод.

Цвет пустыни сразу меняется.

Песок из плоского становится объемным.

Лагерей в Эрге Лихоуди — очень много. Куда посмотришь — везде палатки, палатки … Все это — исключительно для туристов: коренное население давно живет в оазисах.

До того, как я приехал в Сахару, я и не подозревал, что в пустыне можно сделать столько фотографий. Кажется же: песок — ну и песок в нем такого? А на самом деле, каждая дюна — уникальна. И одна — красивее другой. В итоге я привез из Сахары такая невероятное количество кадров, у меня несколько недель ушло только на то, чтобы просмотреть и отобрать самые удачные.

Традиционный для этого блога автопортрет.

На первый взгляд, пустыня — вялая. Но даже в этих жарких песках кипит жизнь: по дюнам ползают всякие жучки, паучки, скорпионы и даже змеи. Значительная их часть — ядовитое.

В проложенных ими по поверхности песка тропам иногда можно разглядеть различные интересные мотивы.

Вот вам, например, скандинавский флаг (Дания, Швеция, Норвегия, Финляндия — страны, нажмите сами).

Изначально через Сахару проходило несколько караванных маршрутов, которые связывали страны Африки с побережьем Средиземного моря. Через пустыню везли соль, золото, медь, слоновую кость, перья страуса, различные предметы роскоши и, конечно, рабов.

Для перевозки товаров использовались одногорбый верблюды-верблюдов. Прежде чем быть включенными в караван, животные в течение нескольких месяцев откармливались.

Переход через пустыню в мирное время занимал не менее года.

Такое путешествие всегда было связано с большим риском, поэтому караваны были очень большими — иногда количество верблюдов в них достигала нескольких тысяч (по некоторым данным — до 12 000).

Вели караваны высокооплачиваемые проводники-берберы, которые хорошо знали пустыню и знакомые с населяющими ее народами.

Выживание каравана в путешествие зависело от слаженной работы многих людей. Например, вперед к оазисам посылали гонцов, которые могли привезти воду и пищу из тех мест, в которых каравана было еще несколько дней пути.

Запад транссахарских торговых маршрутов пришелся на середину XX века. В наши дни верблюды используются, в первую очередь, для развлечения туристов.

Нам пора возвращаться в Мхамид. Но наше путешествие по Сахаре на этом не заканчивается. Самое интересное, конечно, впереди!



Источник