Ловцы образов


В начале ХХ века мирные буддисты убивали путешественников, решались проникнуть в Лхасу. Однако двум российским исследователям удалось привезти из столицы Тибета полноценные фоторепортажи


РќР ° жмиС, Рμ РґР »СЏ СѓРИРμР» РёС ‡ РμРЅРёСЏ

Вид на город и крепость Гьян-Цзе (фото Г. Цыбикова)

в марте 1901 года в Лхасе встретились два уроженца Российской империи с одинаковой секретной миссией — Гомбожаб Цыбиков и Овше Норзунова . Столица Тибета, резиденция далай-ламы, его правителя и духовного лидера буддистов, была в те времена неприступной не только из-за высоких гор. Еще в первой половине XIX века тибетские власти, оберегая святыни от чужаков, под страхом смертной казни запретили въезд иноверцев, особенно европейцам. На подступах к Лхасе заворачивали научно-исследовательские экспедиции, постоянно искали шпионов, которые пытались проникнуть в город тайно, и их пособников. Английском агенту, индейцу Сарату Чандре Дасу, удалось посетить столицу и выбраться из Тибета живым до того, как об этом узнали местные власти, но за помощь ему в 1887 году был казнен лама Сенгчен, третье лицо в государстве. Сановника публично избили палками, зашили в шкуру которая и утопили в реке. Казнили и его слуг, а ближайшую родню бросили в тюрьму пожизненно.


субурган Бар-чоден (в переводе «промежуточный портик»), главные городские ворота Лхасы (фото Г. Цыбикова)

Выпускник Петербургского университета бурят Гомбожаб Цыбиков , переодетый буддийским монахом-паломником, прибыл в Лхасу в августа 1900 года с монгольским караваном. В его багаже ​​лежали спрятаны термометр Реомюра и фотоаппарат, которыми снабдили исследователя Императорская российское географическое общество. Удивительно: более века назад уже изобрели портативные камеры, которыми можно было фотографировать с руки. Такой аппарат легко прятался под одеждой. Всего за 25 лет до экспедиции Цыбикова Николай Пржевальский отказался брать в поход фототехнику, поскольку тогда она вместе с реактивами и запасом стеклянных пластин для негативов весила почти 300 кг.


Вид на холм Чжагбори и Манби-дацан — монастырь, где ламы учились тибетской медицине (фото Г. Цыбикова)

Нанятый Цыбикова слуга- бурят испугался на полпути и поехал. По словам востоковеда, ежеминутно «опасаясь, чтобы чем-то нибудь не выделиться среди своих товарищей монголов и не дать повода даже малейшем подозрении в нем человека, причастного к европейцам», в самой столице он не решался снимать, а только украдкой делал записи в блокноте. Цыбиков скрывал истинную цель приезда даже от соотечественников, с которыми виделся в Лхасе, — паломников-бурят и калмыков Овше Норзунова, который прибыл в свите советника далай-ламы, тибетского посла в Европу Агвана Доржиева.


Тибетские женщины (фото Г. Цыбикова)

Между тем в Норзунова , этнолога под видом помощника вельможи, был такой же, как в Цыбикова, фотоаппарат, тоже предоставлен ИРГО. Находиться с камерой в Тибете было тем более опасно, что, по словам Норзунова, местные жители считали вредным западным колдовством улавливания «образов людей в маленький черный ящик». Когда в свое время Агван Доржиев привез ко двору далай-ламы фотоаппарат, разразился скандал, и вельможу заставили публично уничтожить нечестивую вещь.


О — маркер поклонения духам местности, который тибетцы составляли из камней (фото А. Норзунова)

Цыбиков рассказывал об одном из немногих удачных моментов для съемок так: группа паломников, с которой он обходил святыни, остановилась у субурган, культового сооружения в честь знаменитого ламы. Того, по преданию, одолел дух апоплексического удара, и паломники верили, что человек, обошедший вокруг сооружения 108 раз, станет неуязвим для этой болезни. «Во время нашего посещения было много круговращающихся, к числу которых присоединились и мои два спутника. Я же, скрываясь от своих спутников и посторонних, сделал снимок субурган ».


Потала, вид с юга на главный вход во дворец (фото А. Норзунова)

Оба россиянина вернулись из путешествий невредимыми и привезли сокровище — уникальные фотографии столицы и окрестностей. Звание первого в истории фотографа Лхасы в Норзунова и Цыбикова «отобрал» некий «член непальской дружественной миссии», чей снимок дворца далай-ламы, сделанный за несколько лет до их экспедиций, напечатал в 1901 году лондонский The Geographical Journal . Однако Норзунова и Цыбиков показали Европе лхасский дворец со всех сторон, пейзажи города и окрестностей, монастыри, даже жителей. Это была сенсация. ИРГО выпустило в конце 1903 альбом с их фотографиями, а в 1905-м в Урге (современный Улан-Батор. — Прим. «Вокруг света» ) Цыбиков вручил его далай-ламе XIII. В то время смелые фотографы могли не бояться наказания за дерзость: Летом 1904 г. года с неприкосновенностью Лхасы покончил вторгся туда британский военный отряд.

Альбом далай-ламе понравился.


Цыбиков рассказывал о реке Кичу, на которой стоит Лхаса: «В литературе носит чаще название Чжи-Чу … -« счастливая река », но в разговоре чаще называют ее уй-Чу — «срединная, центральная река» (фото А. Норзунова)

История с фотографией
Революционный формат

На рубеже 1904-1905 годов один малотиражный американский журнал естественно -научно тематики переживал тяжелые времена. Его существование было под угрозой — катастрофически не хватало денег на статьи для очередного номера. И тогда сотрудники издания решились на эксперимент: заполнили 11 полос фотографиями Лхасы, которые Норзунова и Цыбиков предоставили им бесплатно, и обеспечили кадры небольшими комментариями. Таких фоторепортажей тогда не печатал ни один журнал — снимки могли быть иллюстрациями к длинных текстов, но не самостоятельным материалом. Редактор думал, что его уволят, но читатели оказались в восторге от необычного выпуска. Так журнал нашел фирменный стиль, продажи стали расти, а в мире началась эпоха иллюстрированных изданий о путешествиях. Назывался журнал National Geographic .

Легенда и жизнь
Строительство раю

Далай-лама считается земным воплощением бодхисатвы Авалокитешвары, поэтому его дворец назван Потала в честь горы Поталака, мифического рая для бодхисатв. По мнению Гомбожаб Цыбикова, Потала была самым значительным зданием во всем Тибете. Величественный дворец на холме, возвышающемся над Лхасой, в длину достигает 360 метров, в нем более тысячи комнат. Главное здание возвели в XVII веке при далай-ламе V по прозвищу Большой Пятый, со времен которого буддийские священники стали полновластными лидерами Тибета. По преданию, дворец строили 30 лет, рабочие изнывали от непосильного труда, и тогда далай-лама составил для них песню, чтобы, видимо, строить и жить помогала. Песню, по словам Цыбикова, чернорабочие пели и в его время.

Большой Пятый умер до окончания работ, «почему правитель дел и приближенный сотрудник его Санчжяй-чжямцо скрывал от народа смерть своего патрона в течение 16 лет, якобы только с той целью, чтобы тибетцы, потеряв самого влиятельного своего главу, не бросили бы сооружения, которая требовала больших затрат и труда ». На самом деле советник ждал, когда вырастет и сможет проводить активную политику далай-лама VI: по тибетской традиции сан перешел следующего воплощения покойного — новорожденному младенцу.

Фото: Архив Русского географического общества (х7)



Источник ссылка